Я уже приводил, в качестве эпиграфа, этот анекдот, но в данном случае он просится еще раз, поскольку ложится в тем так, будто иными словами описывает известную ситуацию. Итак.
Из учительской окна выходят на школьный двор и кто-то из учителей увидел как Вовочка с лопатой в руках, копает землю. Причем, там почва каменистая и тяжело поддается даже лопате. Поскольку персонаж был очень ленивым и бестолковым, то зрелище оказалось ошеломляющим.
Уже через минуту учителя чуть не дошли до драки, разделившись на две одинаковые группы. Первые считали, что он хочет посадить дерево, а другие, что он решил собрать мусор и закопать в яму. Консенсуса не случилось и решили спросить у него самого. Вышли на улицу и завуч взяла на себя инициативу разговора.
-Вовочка, мы тут спорим, зачем ты копаешь яму. Одни говорят, что дерево посадить хочешь, а другие – что хочешь закопать мусор. Кто из нас прав?
-Никто.
-Как никто? Зачем же ты ее копаешь.
-У меня тут свидание сегодня вечером будет, а барышня – горбатая.
Примерно такие самые споры стояли более 10 лет назад во время рокировки Путина и Медведева. Тогда некоторые думали, что так Путин постепенно отходит от дел, а другие, что он сделал своим наследником Медведева и какое-то время страхует его на посту премьера.
Но в общем, было понятно, что этот тип с глазами тухлой селедки, живым из первого кресла не уйдет и что все это – дешевые фокусы для бестолковых зрителей. Война с Грузией показала это четко и окончательно.
Второй раз эту историю, про Вовочку и ямку, рассказали совсем недавно и в РФ для этого даже был выделен специальный сказочник под позывным «Профессор Соловей».
На разные манеры, он рассказывал одну и ту же историю на ночь, которую условно можно назвать «Транзит власти». Что он только не рассказывали с лава богу, что наши коллеги не тащили в комментарии «пророчества» этого самодеятельного Андерсена. Не для того Путин сейчас играет роль Бункер-мена, чтобы взять и отдать кому-то власть.
Точку в этих фантазиях поставил акт «обнуления», когда стало понятно, что деда вынесут из бункера только вперед ногами, а сам он оттуда, своими ногами, не уйдет.
А где-то пару недель назад, на вопрос кого-то из журналистов о том, пойдет ли он наследующие выборы, Путин скромно заметил, что пока об этом говорить рано, но конституция этого не запрещает.
Правда он умолчал о том, что, сколько раз и в каких позах он проделывал с этой конституцией и если надо – проделает еще и потому, можно не сомневаться в том, что он будет сидеть в первом кресле до того момента, пока Мойра не отрежет ему хоть что-то.
(Окончание следует)
