Заявление президента Трампа о необходимости аннексии Гренландии представляет собой любопытный казус современной геополитики. По логике американского лидера, Соединенные Штаты должны присоединить эту датскую автономную территорию, чтобы предотвратить ее захват Россией.
Эта аргументация требует внимательного анализа - прежде всего потому, что она обнажает фундаментальные противоречия в стратегическом мышлении нынешней администрации.
Риторическая структура трамповского обоснования поразительно напоминает путинскую логику образца 2014 года. Тогда Кремль оправдывал аннексию Крыма необходимостью опередить НАТО, которое якобы готовило вторжение на полуостров. Превентивный захват чужой территории для защиты от гипотетической угрозы - эта формула одинаково работает и в Вашингтоне, и в Москве. Разница лишь в деталях повествования, но не в его сущности.
Однако здесь возникает первая аномалия. Если Россия продемонстрировала готовность игнорировать любые международные гарантии и договоренности - включая Будапештский меморандум, по которому три страны НАТО обязались обеспечить территориальную целостность Украины - то каким образом американская аннексия Гренландии должна остановить потенциальную российскую агрессию?
Путин нарушил этот меморандум в 2014 году, когда захватил Крым. НАТО не вмешалось. Он повторил это в 2022-м, начав полномасштабное вторжение. НАТО снова не вмешалось напрямую.
Собственно, именно украинский прецедент разрушает трамповскую логику. Москва доказала, что ее не останавливает ни формальное членство страны в западных структурах безопасности, ни международные договоры, ни даже угроза санкций. Российские войска вошли в страну, чью безопасность гарантировали США, Великобритания и сама Россия.
Что именно в этой картине должно убедить Данию в том, что американский контроль над Гренландией создаст более надежную защиту от России, чем датский суверенитет под защитой НАТО?
Здесь проявляется вторая аномалия. Трамп пришел к власти с обещанием немедленно остановить агрессию России против Украины. Прошло время - война, развязанная Москвой, продолжается. Более того, именно действия американской администрации по блокированию военной помощи Украине нанесли серьезный ущерб обороноспособности страны.
И все же Украина держится. А Путин демонстративно игнорирует любые переговорные инициативы Трампа, продолжая наступление и выдвигая заведомо неприемлемые условия.
Эта ситуация формулирует центральный вопрос: если российский президент так явно не считается с позицией Трампа даже в вопросе войны, которую американский лидер объявил приоритетом своей внешней политики, то на каком основании Дания должна верить, что Трамп способен защитить Гренландию от той же России? Логика рассыпается при первом же соприкосновении с реальностью.
Путин не боится НАТО - он это доказал. Он не боится США - он это тоже доказал. Он не считается с Трампом - это становится все очевиднее с каждым днем войны. В этих условиях предложение передать Гренландию под американский контроль ради защиты от России выглядит не стратегией безопасности, а геополитическим абсурдом.
Трамп просит Данию поверить в его способность сдерживать Москву в тот самый момент, когда Москва публично демонстрирует полное безразличие к его влиянию.
Возможно, именно в этом и заключается главный урок гренландского эпизода. Он показывает, насколько риторика силы оторвана от реальной способности ее применить. Аннексия не равняется защите. Угрозы не равняются сдерживанию.
А громкие заявления о необходимости превентивных действий не компенсируют отсутствие продуманной стратегии. Копенгаген это понимает. Остается вопрос - понимает ли это Вашингтон.
Oleh Cheslavskyi
Вы поможете этому сайту, сделав несколько перепостов его публикаций в социальных сетях (Facebook, Twitter (X), Google и других). Сделай доброе дело!
Подписывайтесь на наш Телеграмм-канал https://t.me/censorunet и YouTube канал
