Новость из категории: Политика / Общество

Лысый прибор (Часть 2)

Лысый прибор (Часть 2)


Итак, ситуация все больше напоминает ту, что сложилась в конце жизни совка. Миша Горбачев решил заложить невиданный вираж и постепенно отказаться от совковой идеологии.

На самом деле, этот маневр был изначально самоубийственным не для него, а для совка. Тут можно оставить за скобками извращенную и убитую дармовыми нефтедолларами экономику, а просто обратить внимание на саму внутреннюю конструкцию совка, которую Миша решил изменить.

Дело в том, что эволюционные изменения совка были невозможны просто по глубине кризиса, в котором совок достался Горбачеву.

Высокие цены на нефть, которые свалились на голову в семидесятых, стали катализатором внутренних процессов гниения.

Они стали именно той пачкой дрожжей, в сельском сортире, которые повлияли как на внешний вид самого сортира и околосортирного пространства, так и на запах, оттуда исходящий.

То есть, всем было понятно, что это было место отнюдь не для чайных церемоний, но все было более или менее нормально, пока не случился дрожжевой инцидент. После этого сортир стал непригодным для использования по своему прямому назначению.

А потом, цены упали, сортирный гейзер иссяк и осталось то, что надо либо долго и нудно убирать, либо сносить под корень. Горбачев выбрал серединный путь – быстрого сноса и одновременного строительство новой малой архитектурной формы. Но все уже стояли по колено во всем этом и уже не хотели ничего строить.

Отсюда следовало, что в таких условиях процесс демонтажа будет идти довольно успешно, а вот построить – ничего не удастся. Все дело в том, что люди остались теми же, что и были.

Духовное выздоровление – очень долгое дело и должно было смениться, как минимум, одно поколение, чтобы можно было что-то успешно строить.

Партийная номенклатура никуда не делась. Контора, у которой руки – по локоть в крови и которая даст любую фору Гестапо – тоже на месте.

Поэтому Горбачеву осталось менять шило на мыло и вместо старой сволочи ставить сволочь новую, лично знакомую. То есть, вместо общей идеологической спайки, Горбачев стал формировать конструкцию, основанную на личной преданности, но люди были все теми же самыми!

Уничтожение идеологической основы совкового государства привело к тому, что пустоты, недавно плотно затрамбованные марксизмом-ленинизмом, почти мгновенно были заполнены простым материализмом.

И тут многие деятели обнаружили, что сидят на горах золота, валюты или на их потоках. Причем, они не просто на них сидели, но в их руках был контроль за правильностью направления потоков.

Грубо говоря, многие поняли, что возникла ситуация, когда они могут распорядиться огромными средствами на свой вкус и никто их не схватит за руку, и так будет продолжаться некоторое время, которого будет вполне достаточно для укрытия этих средств и бегству от возможных дальнейших разборок.

И вот в этот момент из тени появляется та самая твердая и цепкая рука, которая в первой части уверенно поддержала деда Вову от падения.

Логика тут была простой. Возьмем неизвестного генерала КГБ, условно именуемого Феликсом. У него на руках имеется сто, двести или триста миллионов долларов, тайно распределенных по зарубежным банкам и подконтрольным предприятиям, типа швейцарской Сеабеко.

Эти деньги уже уведены из бюджета и надежно укрыты даже от иностранных спецслужб, не говоря уже о любой внутренней проверке. Цепь офшорных компаний замела все возможные следы.

И вот генерал Феликс узнает о том, что не только его, но и все КГБ готовят под нож. Мало того, у него имеются смутные подозрения, что высшее руководство Конторы будут если не линчевать, то уж в кутузку отправят непременно.

В этот момент генерал решает уже для себя, как дальше жить. При этом он прекрасно понимает, что в этой стране ему уже делать нечего и надо уходить на покой. А на покой можно уйти туда, где спокойно.

Поэтому он упирается в тот же самый вопрос, в который уперся и Путин – гарантии личной безопасности и безопасности денег. Ему никак не улыбается быть разоблаченным, «обезжиренным» и выданным назад в совок для показательного судилища.

При этом он прекрасно знает, как выйти на контакт с коллегами из спецслужб вчерашнего противника, а потому – протягивает свою руку той руке из тени.

Но тут понятно даже школьнику, что за просто так никто тебе не даст «зонтик» и не позволит раствориться. Скорее всего, Феликсу, как и Владимиру, было сказано одно и то же: «не сейчас».

Свою «тень» следует отработать. Как только эти деятели получили предварительное «добро», они аккуратно вышли на высшее партийное руководство с предложением и им прыгнуть под этот зонтик, вместе с деньгами, которые можно по-черному вытащить уже из бюджета.

Собственно говоря, оплатой за зонтик, в основном, стал именно этот увод средств, хотя и ряд иных услуг. Вот тогда и началась операция увода гигантских средств за рубеж и фактический развал совка, который был формализован позже.


(окончание следует)
anti-colorados

Похожие новости

Комментарии к Лысый прибор (Часть 2)

Имя:*
E-Mail:
Введите код: *
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив