Новость из категории: Политика / Общество

Чем чреваты мизулинские проекты?

Чем чреваты мизулинские проекты?


Пока мы тут беспечно празднуем, российский так называемый парламент в очередной раз решил позаботиться о наших детях. Рабочая группа во главе с Еленой Мизулиной давеча провела обсуждение пакета мер, призванного усилить и углубить борьбу с педофилией.

Ну там пожизненные сроки вместо очень больших, отсутствие возможности выйти по УДО вместо нынешних 4/5 срока и т.д. Но есть и новые моменты: к примеру, предложение об отмене сроков давности (так, чтобы жертва могла "вспомнить" и через 20-30 лет). Еще предлагают публиковать открытые списки "секс-преступников", как в Британии.

Но самое потрясающее - предложение ввести уголовную ответственность за "пропаганду педофилии".

Что такое пропаганда, ясное дело, никто не уточняет - искусствоведческо-психолого-сексопатологическая экспертиза разберется. А зная российских "экспертов", здесь мы, конечно, дождемся кострищ из книг Набокова и тому подобного.

Сексуальное насилие над детьми - это, конечно, ужасно. Но вся эта охота на ведьм приносит исключительный вред.

Если за убийство дают меньше, чем за изнасилование - это просто значит, что законодательство толкает насильника к тому, чтобы стать еще и убийцей.

Но в российских условиях есть еще один нюанс. Наверняка, многие слышали о том, что российские менты с большой неохотой принимают заявления об изнасиловании.

В смысле те, где жертвы - взрослые женщины. Раз сто заставят пройти через унизительные опросы, двести раз напомнят про дачу ложных показаний, а затем, может быть, зарегистрируют. Есть тому одна хитрая причина.

Дело в том, что царь и бог российского мента - это статистика. И в этой статистике все изнасилования и развратные действия (как взрослых, так и детей) попадают в одну графу - "преступления против половой неприкосновенности".

Но если в отношении взрослых прокуратура и суды еще требуют всяких экспертиз и тому подобного, то дела, где фигурируют несовершеннолетние, могут строиться на одних только показаниях потерпевших.

Даже если сами потерпевшие в итоге их меняют, признаваясь, что оговорили под давлением (а надавить на несовершеннолетнего, ясное дело, легче, чем на взрослого).

Плюс обычное изнасилование - статья тяжкая, но если там дети - особо тяжкая. Более жирная палка.

Как лепятся такие дела - смотрите дело Руслана Вахапова, дальнобойщика, которого угораздило поссать в кусты, когда рядом оказались две малолетние девочки.

В итоге человек уехал на 8 лет за "развратные действия". В общем, система устроена так, что следователям выгодно отбрыкиваться от "обычных" дел, но стоит кому-то заикнуться, что якобы "дядя показал пипиську" - тут же сбежится целая следственная группа, чтобы табуном рисовать себе статистику.

Таким образом, охота не ведьм вредна не только тем, что от нее страдают невиновные, но и тем, что виновные уходят от ответственности. Чем больше сажают мнимых педофилов - тем меньше расследуют настоящие изнасилования.

P.S. Во всех этих чудесных законодательных инициативах активно участвует Анна Левченко - нашистка, бывшая помощница Астахова и, разумеется, подружка Потупчик, Бароновой и прочей тусовочки под девизом "за все хорошее против всего плохого".


Михаил Пожарский

Комментарии к Чем чреваты мизулинские проекты?

Имя:*
E-Mail:
Введите код: *
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив